03. Институционализм собственный взгляд на традиционную экономическую философию и роль монополий


В начале ХХ в. в экономических взглядах возникла своего рода оппозиция традиционной экономической философии и рыночным неоклассическим теориям1. Новое теоретическое направление экономической мысли – институционализм – было связано с развитием реформаторских концепций коллективизма в различных их вариантах, т.е. концепций социального контроля за хозяйственными процессами в противовес традиционному либерализму с его доктринами естественного порядка и невмешательства государства в спонтанный ход развития хозяйства2. Понятная и во многом объяснимая для условий ХIХстолетия установка неоклассиков, как и классиков, согласно которой свободно складывающиеся цены и доходы несут в себе достоверную информацию и позволяют принимать правильные решения, была далека от реальной действительности и в начале ХХвека логично приводила к недооценке происходивших процессов обобществления и монополизации в экономике. Период же кризисных потрясений 1929-1933гг. продемонстрировал полную неэффективность старых неоклассических рецептов экономической политики, а новая, символом которой стал Новый курс Ф.Рузвельта, формировалась как бы на ощупь, без предварительного теоретического обоснования3. В этих условиях в академических кругах ряда развитых стран, и прежде всего США, необычайно вырос авторитет институционализма, долго остававшегося в основном американским явлением4, поскольку формирование основных теоретико-методологических положений институционализма связывается с именами Т.Веблена (1857-1929), Дж.Коммонса (1862-1945) и У.Митчелла (1874-1948).
Работы Т.Веблена Теория праздного класса (1899), Теория предпринимательства (1904), Инстинкт мастерства (1914), Место науки в современной цивилизации (1919), Инженеры и система цен (1921), Собственность отсутствующего (1924) и др. стали своего рода библией нового направления в экономической мысли, ориентированного не на традиционное экономическое мышление, а на создание комплексной теории общественного развития.
Из теоретико-экономического наследия Дж.Коммонса заслуживают внимания прежде всего такие его работы, как Распределение богатства (1893), Правовые основы капитализма (1924), Институциональная экономия (1934), представляющие собой наиболее подробное и развернутое изложение взглядов социально-правового течения институционализма. Дж. Коммонс отразил в своей экономической теории ту очевидную эволюцию, которую проделало общественное хозяйство за сто лет – от небольших предприятий с единоличными владельцами к акционерным обществам, картелям, трестам и холдинг-компаниям5.
Дж.Коммонс был автором концепции коллективного социального действия как механизма поддержания равновесия социально-экономической системы и идеи о ключевой роли государства в адаптации хозяйственной системы к изменяющимся условиям. По мнению американского экономиста К.Боулдинга, идеи Дж.Коммонса – интеллектуальный источник политики Нового курса Ф.Рузвельта, рабочего законодательства, законов по социальному страхованию и движения за создание государства благосостояния в США6.
Один из родоначальников институционализма У.Митчелл наибольшую известность приобрел благодаря разработке теории экономических циклов, которой он посвятил несколько работ, в том числе Экономические циклы, Экономические циклы. Проблема и ее постановка, а также Лекции о типах экономической теории. По мнению ученого, единственным механизмом разрешения социально-экономических противоречий является государственное регулирование в области финансовых и денежно-кредитных факторов в сочетании с развитием в обществе культуры. В своих исследованиях основатель конъюнктурно-статистического течения институционализма У.Митчелл широко применял методы статистики, которые позволили ему составить первые прогнозы экономического роста.

В 1923г. он предложил систему государственного страхования от безработицы7.
У.Митчелл, как и Дж.М.Кларк, подчеркивал, что не только монополия и конкуренция могут сопровождаться негативными последствиями для общества. Несовершенства рыночного механизма включают в себя явления, сопряженные, с одной стороны, с монополией и ослаблением конкуренции, а с другой — с чрезмерной остротой и гипертрофированным развитием конкуренции, ведущейся неценовыми методами (реклама, дифференциация продукции и т.п.). Интенсивное взаимодействие этих двух начал обусловливает фрикционный характер механизма функционирования экономики.



В этой связи Дж.М.Кларк призывал экономистов сосредоточить больше внимания на вопросе о том, является ли реально существующая конкуренция эффективной, и на разработке критериев эффективности одновременно с социальной и макроэкономической точек зрения.
I
Необходимо отметить, что возникновение институционализма явилось отражением в зарубежной экономи_еской науке тех изменений, которые произошли в США с переходом к крупному производству, реакцией части критически настроенных ученых на новые проблемы и противоречия социально-экономического развития страны. Именно здесь впервые в наиболее острой форме проявились проблемы, связанные с всеобъемлющим процессом перехода от экономики свободной конкуренции к преимущественно монополистической. США стали пионером антимонопольных мер, которые администрация этой страны апробировала еще в конце ХIХв.
Большинство институционалистов раннего периода8, поднимая проблему демонополизации хозяйственной жизни и необходимости создания механизма контроля за экономикой (в отличие от рыночного регулирующего механизма и в дополнение к нему), рассматривали государственное регулирование как средство обуздания крупных компаний и защиты населения от негативных последствий монополизации. Прежде всего это относилось к тем звеньям экономики — отраслям промышленности, коммунального хозяйства, железным дорогам, — где действие рыночных сил конкуренции было существенно ослаблено. В работах ранних экономистов-институционалистов эти вопросы заняли центральное место.
Во второй половине 1930-х годов Ф.Хайек отмечал: Пожалуй, если монополии в каких-то сферах неизбежны, то лучшим является решение, которое до недавнего времени предпочитали американцы, — контроль сильного правительства над частными монополиями. Последовательное проведение в жизнь этой концепции обещает гораздо более позитивные результаты, чем непосредственное государственное управление. По крайней мере, государство может контролировать цены, закрывая возможность получения сверхприбылей, в которых могут участвовать не только монополисты. И если даже в результате таких мер эффективность деятельности в монополизированных отраслях будет снижаться (как это происходило в некоторых случаях в США в сфере коммунальных услуг), это можно будет рассматривать как относительно небольшую плату за сдерживание власти монополий. Лично я, например, предпочел бы мириться с неэффективностью, чем испытывать бесконтрольную власть монополий над различными областями моей жизни.

Такая политика, которая сделала бы роль монополиста незавидной на фоне других предпринимательских позиций, позволила бы ограничить распространение монополий только теми сферами, где они действительно неизбежны, и стимулировать развитие иных конкурентных форм деятельности, которые смогли бы их замещать. Поставьте монополиста в положение мальчика для битья (в экономическом смысле), и вы увидите, как быстро способные предприниматели вновь обретут вкус к конкуренции9.
Позиция институционалистов — сторонников контроля над крупными корпорациями посредством регулирования конкуренции — была преобладающей. Однако среди них был весомо представлен и другой взгляд, отражавший интересы мелкого и отчасти среднего предпринимательства. Сторонники этой точки зрения считали, что большой бизнес в принципе не может вызывать к себе терпимого отношения, что государство должно принимать меры по деконцентрации и перестройке рыночных структур10; большой бизнес ассоциировался у них с подрывом истинных демократических принципов свободной конкуренции и самих основ рыночной экономики. Корпорации монополистического типа представали у них как чуждое и враждебное истинному капитализму явление, как искусственные образования, не имеющие оправдания с точки зрения потребностей и интересов общества и не обусловленные действием каких-либо объективных закономерностей развития.

Они выступали с идеей разукрупнения крупнейших компаний.
В целом в институциональном подходе к рассмотрению концентрации экономической силы на уровне компаний и трактовке роли крупных корпораций как экономического института взаимодействуют две линии: с одной стороны, в крупной корпорации видится инструмент развития производительных сил и повышения экономической эффективности; с другой стороны, крупная корпорация рассматривается как организация, нацеленная на завоевание и удержание монопольных позиций, на реализацию своей монопольной власти, предполагающей ограничение конкуренции. В разработку первого аспекта определенный вклад внесли Дж.Коммонс, который систему договорных отношений противопоставлял чисто рыночным связям, и Дж.М.Кларк, рассматривавший потенциальные преимущества экономической интеграции на уровне компаний и внутрифирменной координации экономической деятельности11.



Содержание  Назад  Вперед