Глава 1   Глава 2

Дееспособность и обидчивость 4


Что значит, что мы не знаем об этих договорах? Конечно, если мы люди определённой культуры, то мы знаем договоры, по которым люди в этой культуре, то есть в этом обществе, жи­вут. Но мы их не принимали по собственной воле и никогда не подтверждали, что согласны их исполнять.

Пример. Ты сидишь в столовой или в классе. К тебе подходит твоя знакомая и начинает разговор. Ты отвечаешь на её вопросы и продолжаешь есть или читать. Через некоторое время вдруг вы­ясняется, что она на тебя обижена и не хочет с тобой знаться. В чём дело?! Оказывается, в культуре существует договор, кото­рый называется правилом хорошего тона, — вставать в присут­ствии дамы...

Но ты же не знал! Не знал что? Не знал, что такой договор существует? В общем-то, знал, конечно. Ты не знал, что он дей­ствует в отношении этой знакомой. Вы его не заключали. Теперь ты оказался выкинут из числа допущенных в её мирок. В ответ ты плюнул и сказал с обидой: Да пусть катится, не больно-то и хотелось!

Но обида есть. И это значит, что она тоже нарушила какой-то договор. Скажем о том, что предупреждать надо! То есть догова­риваться заранее. Или не бить того, кто не знает. И т.д., и т.п., что означает, что и ты, как и она, попал на поле существую­щих, но не заключенных договоров, а значит в пространство нескончаемых обид.

И что это значит? А то, что в основе всех обид лежит предпо­ложение, что человек знает, где находится граница твоей души, и, не соблюдая договор (правило), осознанно наносит тебе удар. Оскорбляет — делает тебя скорбным, то есть скорбящим о поте­ре чего-то, что составляло часть твоей души или часть представ­ления о себе самом и твоём мире. Потеря части или разрушение образа себя тут же проявляются сообщением о потере или разру­шении — душевной болью. А это всё, в свою очередь, означает, что если мы обижаемся, мы считаем, что человек, нас обидев­ший, делал это осознанно, зная то, что ты думаешь, зная твои представления о себе, о мире, о том, каким он должен быть.

Вот это и есть основная ловушка, которую выявляет точное целеустроение. Как только мы определяем ту Большую цель, ради которой делаем предприятие, и ради которой ты занимаешь в нём определённое место и точно исполняешь служебные обязан­ности, то есть договоры, высвечиваются все незаключённые до­говоры, которые живут в тебе сами по себе.

Есть основной договор о работе, состоящий из нескольких составляющих его договоров о том, как эта работа исполняется.

Вдруг обиделся! Что это значит? Нарушено одно из условий тво­его трудового соглашения? Почему ты обижаешься вместо того, чтобы пойти и исправить нарушение? Обижаешься вместо того, чтобы сражаться за себя и свою жизнь?

Начальство заинтересовано в том, чтобы договоры исполня­лись точно, и никогда такое предприятие, как наш Авалон, не будет их нарушать, потому что у нас есть такой инструмент: пе­резаключение, пересмотр договоров.

Если условия жизни изменятся и соблюдать прежние догово­ры станет невозможно, нужно просто собраться и передогово­риться. Но не нарушать договоры тайком, по умолчанию. Таков исходный договор. Начало начал.

Если же условия твоего трудового договора не нарушены, тогда чего ты вообще обижаешься? Обрадуйся. Ты же нашел ка­кую-то вещь, которая живёт вместо тебя, жрёт твою силу и за тебя обижается.

Если ты считаешь, что она правильная, — предложи её ос­тальным и договорись об исполнении. Может, они её с радостью примут. Если же ты стесняешься, значит, она делает тебя уязви­мым. Чистись! Убирай помеху. Убирай или то, что делает тебя стеснительным, то есть стеснённым душевно, заставляющим жить сжавшись, или же само «право», которое ты хочешь иметь, но не можешь себе позволить. Не внесено ли знание о нем в твое сознание помимо твоего разума?

В общем, вопрос о «способности достигать» — это вопрос об очищении себя от помех дееспособности. Нужно только хотеть учиться и хотеть менять себя.

 





- Начало -  - Назад -  - Вперед -