Глава 1   Глава 2

Немного истории и этнографии 7


 

Однако когда доходит до дела, вся эта ясность улетучивается.

Улетучивается потому, что обычно люди предпочитают из­брать одно определённое положение и исходить всегда только из него. Одни предпочитают видеть только вертикаль и бездумно лезут по ней к вершинам вверх или вниз, вместо того, чтобы достигать общую цель.

Такая жизненная установка называлась у мазыков Ховреиная Дробина. Ховрей — это барин по-офенски. Соответственно, чело­век, живущий в Ховрейской дробине, озабочен лишь карьерой, то есть тем, как занять место повыше или пониже. Пониже, то есть на вершине Нижнего мира. Дна, такая цель рассматривалась мазыками как вполне естественная. Не забывайте, что блатная феня — это все-таки изначально офенский язык.

Горизонталь же, когда человек предпочитает думать только о ней и живет по принципу: Я человек маленький, свой шесток знаю! — называлась Лоховая мастырка. Лох по-офенски — это мужик. Но чаще в значении простолюдин, дурак. Офени ощуща­ли себя плутами и очень не хотели смешиваться с простыми мужиками, лохами. В этом выражалось их презрение к бездумности и тупости простого мужика.

Настоящее дело делается только Артелью, Ватагой, где все товарищи или братья, побратимы. Такое общее дело называлось (брань, а все его участники — сбраныги, сбраны. То есть братья, побратимы по делу.

Видение себя Сбранью позволяет осознавать всю иерархию — не как устройство мира, а как необходимость, определяемую условиями дела, за которое вы взялись. Благодаря этому ты ис­кренне отыгрываешь любую должность, на которую тебя поставили братья, но когда нужно, когда дело тонет, как пробитый корабль, ты можешь пойти к любому из Начальников и затребовать от него ответа или работы. В конце концов, он всего лишь один из твоих братьев!

Побратимство в Сбрани дает возможность постоянно удер­живать в осознавании простейшую истину: Мы играем в распре­деление по местам и ступеням лишь для внешнего мира, чтобы | привычные к этому люди узнавали нас как нечто управляемое и не опасное, но внутри для себя мы все братья и все равны, хотя и обладаем разными знаниями и умениями. По этим знаниям и умениям нам и определяются разные Мастыры на Дробине на­шего братства. Но это не знак Власти, а знак умельства — кто что умеет, тот такое дело и должен делать, такую Мастыру на Дробине и занимать!

И пока ты в Сбрани, ты все время должен помнить общую цель и свободно переходить ради её достижения из одной Мас­тыры в другую, перемещаясь по Дробине так, как это нужно для цела. Наши места за столом нашего братства только кажутся рас­пределенными снизу вверх. Это для того, чтобы нас узнавали своими лохи, которые живут только так, нацеленными на вер­шины. Как запряженные лошади, которые могут везти только по дороге, на которую их направили.

Да, таков мир, так он пошел в своем развитии, такой подход к устройству общества победил, и не признавать этого значит оказаться чужим и быть уничтоженным. Но признавать данности того мира — еще не значит сдаться и принять их. Разумный человек принимает мир, но остается собой. И если я рожден для того, чтобы быть быдлом в упряжке, я буду ее тащить. Но если я знаю, что я свободный и благородный человек, волею сил и судьбы заброшенный в странный мир, где все гоняются за вер­хушками, я вполне могу ради выживания принять образ, кото­рый покажет, что я такой же.

Но я такой, какой я есть. И я из числа свободных. А это зна­чит, что настоящее устройство нашей общины ~ не вертикаль­ное, не лестницей, а кругом, колесом, хороводом... Русь идет хороводом, хоровод идет Тропой Трояновой...





Содержание  Назад  Вперед