Глава 1   Глава 2

Магия и культура в науке 3


 

Малиновский до этого вопроса не дошел. Хотя при этом он пошел дальше господствовавшего в первой трети двадцатого века среди этнологов мнения, что «наука рождается из опыта, а ма­гия создается традицией» 6. Он, скорее, сближает магию с протонаукой, точно так же, как и Сидоров, выделяя в сознании пер­вобытного человека два мира:


«Мы попытались точно выяснить, существует ли в сознании дикаря одна сфера действительности или две, и обнаружили, что помимо сакрального мира культа и веры он знает и светский мир практической деятельности и рационального мировоззрения».

Когда читаешь об этих двух мирах сознания, может показать­ся, что Сидоров и Малиновский говорят об одном и том же. В каком-то смысле это так, но стоит разобраться получше, потому что, на мой взгляд, как раз здесь и кроется возможность найти определение понятия «культура», которое позволит начать соб­ственное исследование.

Итак, Малиновский изначально разделил общественную жизнь примитивных народов на «две сферы»: Сакральную (Ма­гия-Религия) и Мирскую (Наука). Что, соответственно, позво­ляет разделить сферу сакрального на Магию и Религию, чем он вполне успешно и занимается в своей статье. Но что из этого относится к культуре?

Мне думается, что для Малиновского этот вопрос просто не правомерен. Потому он его и не задает. Все относится к культуре. Сам Малиновский — культуролог, идущий антропологическим направлением в исследовании культуры или различных культур. И магию он исследует изнутри к лишь как часть культуры.

Сидоров тоже не задает такого вопроса. Но при его подходе он вполне возможен и, по сути, звучит в утверждении о нали­чии «источников происхождения культа». Конечно, культ — это не совсем культура, но это уже очень и очень близко к постанов­ке вопроса о зарождении культуры. И это прямо звучит в словах:

«Он (культ— А.А.) непосредственно и гораздо ближе связан с инстинктами, с волевой деятельностью человека, чем с облас­тью представлений».

Задавая вопрос о том, из чего рождаются «первоначальные формы культа», которые предшествуют религиозно-мифологи­ческим представлениям, то есть Сакральному Малиновского, Сидоров, по сути, задает вопрос: из чего рождается в нашем сознании культура, в которую все входит?

Это вопрос психологический, поэтому и появляются упоми­нания о представлениях и инстинктах. И употребленное им выражение «человеческая идеология» надо понимать отнюдь не в привычном нам политизированном смысле, а именно как некое развитие понятия «представление».

Представления как таковые — это предмет личностной пси­хологии. А чем становятся представления, накапливаясь в «об­щественной и, в окончательном счете, хозяйственной жизни»? Идеологией, если мы увидим, что «идеология»— это «идеи» или-«эйдосы», то есть образы или представления в определенной связи. Какой ? Что это за связь ?

Вот ее-то я бы, пожалуй, и назвал культурой. Образы, поскольку они есть лишь восприятия одних и тех же вещей и явлений мира, у всех примерно одинаковы, а культуры разнятся поразительно. Поче­му? Предполагаю, как раз потому, что эти одинаковые образы по-разному увязаны.





Содержание  Назад  Вперед